Цена молчания и господства

Марина сидела на подоконнике в своей комнате, нервно сжимая в пальцах телефон. Подруга Катя, развалившись на кровати, с любопытством наблюдала за ней, чувствуя, что с Мариной что-то произошло.

— Ладно, колись, что за секрет? — Катя усмехнулась, наигранно замигав ресницами. — Ты вся красная, глаза блестят, и выглядишь так, будто только что совершила преступление или что-то похуже.

Марина глубоко вздохнула, стараясь унять дрожь в голосе.

— Слушай, я даже не знаю, как об этом сказать. Это странно. Скажем так... мой дядя спас меня от долгов по кредиту, которые я набрала в универе, но я не знала, какой будет цена.

— И что он предложил? — Катя приподнялась на локтях, став серьезной.

— Он сказал, что поможет с деньгами. Но взамен я должна сделать ему одно маленькое, но очень точное одолжение. Сначала я смеялась, думала, он пошутит, но он был совершенно серьезен. Он сказал: «Марин, ты взрослая девочка, сама всё понимаешь. Спустишь мне штаны, обслужишь как следует — и твои проблемы с банками исчезнут».

— Ого... — протянула Катя. — И ты согласилась?

— Сначала я боялась, была в шоке. Но он не оставлял мне выбора, говорил так уверенно, прямо в глаза. Мы оказались в его кабинете. Там пахло старыми книгами и дорогим табаком. Он уселся в кожаное кресло, развалился, расстегнул ремень... Господи, я видела, как у него возбужденно зашевелились мышцы на животе.

Марина замолчала, прикрыв глаза, чтобы вспомнить детали.

— Он просто сидел и ждал, когда я подойду, — продолжила она тише. — А я стояла и смотрела, как он всю жизнь был для меня авторитетом, и вдруг он стал таким... плотским. Я опустилась на колени, чувствуя, как сердце бьется где-то в горле. Когда я расстегнула его брюки, меня обдало жаром. Он был огромным, твердым, с темным завитком волос у основания. Его кожа была горячей, и я почувствовала запах его одеколона, смешанный с возбуждением.

— И что было дальше?

— Сначала я просто коснулась его кончиками пальцев, а он шумно выдохнул через нос и закрыл глаза. Его голос стал таким грубым, властным:

— Не тяни, — прошептал он. — Ты ведь хочешь получить те деньги.

Я открыла рот, припала к нему, чувствуя его вкус, ощущая плотную, напряженную плоть. Он был соленым, с легким привкусом кофе. Я слышала, как он сдерживает стон, как его пальцы впились в подлокотники кресла.

— Боже, — прошептала Катя, затаив дыхание.

— Я чувствовала себя загнанной, но в то же время это было так странно возбуждающе. Я слышала звук собственного дыхания, слышала, как его член глубоко входит в мое тело, заполняя всё пространство. Я раз conducyла губы, обхватывая его как можно плотнее, стараясь угодить ему. Затем он положил руку мне на затылок, слегка прижимая вниз, направляя меня... Он не быть жестоким, но требовательным.

— Ох, — Катя обмахнулась рукой, — ну и семейка у вас.

— Когда я почувствовала, что он близок, он сжал мои волосы. Я почувствовала, как по телу прошла судорога, а затем — резкий выброс. Сперма обжигала мне язык, была густой и теплой. Я пыталась отстраниться, но он держал меня еще мгновение, пока всё не закончилось. Он тяжело дышал, глядя на меня с какой-то странной смесью благодарности и торжества.

— И что, он так просто отпустил тебя?

— Да. Он молча достал чек из ящика, подписал его и передал мне. А потом сказал: «Теперь ты свободна, возвращайся в свою комнату». Я встала, поправила юбку, всё ещё чувствуя вкус его белка на губах. Моё тело дрожало, всё внутри сжалось от странного чувства вины и одновременно восторга. Это было неправильно и правильно одновременно.

Катя молчала, переваривая услышанное.

— Теперь ты должна ему, — тихо сказала Марина.

— Ты отдашь ему всё, что он попросит, — заметила подруга, глядя на Марину с пониманием.

— Наверное. Потому что теперь я знаю, какого это — быть полностью во власти мужчины. И, честно говоря... мне хочется, чтобы это повторилось.