Случайный эксперимент в гостиной

Марина сидела на мягком диване, закинув ногу на ногу, и с легкой улыбкой пересказывала события вчерашнего вечера. Катя слушала её внимательно, прикусив губу, чувствуя, как внутри разливается любопытство.

— Понимаешь, мы с Леной просто сидели, пили вино и обсуждали наших бывших, — Марина замялась, подбирая слова. — И вдруг разговор зашел о том, что мы обе давно ни с кем не переспали. Ну, знаешь, это чувство пустоты, когда хочется чего-то... настоящего. И тут Лена говорит: «А почему бы нам не проверить, насколько мы совместимы?»

Катя усмехнулась. — И что, вы всерьез об этом подумали?

— Сначала мы обе застеснялись, — Марина кивнула. — Но потом она просто положила руку мне на колено. Рука была теплая, и я почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Она начала медленно подниматься выше, по бедру, и я поняла, что не хочу, чтобы она останавливалась. Мы даже не допили вино — просто оставили бокалы на журнальном столике и переползли друг к другу.

Марина глубоко вздохнула, вспоминая детали. — Сначала это было осторожно. Мы начали целоваться — сначала в губы, уткнувшись друг в друга, чувствуя запах парфюма, смешанный с ароматом белого вина. Но близость возбуждала нас обеих. Я чувствовала, как её тело прижимается к моему, как её грудь тяжело вздымается под тонкой тканью шелковой блузки. Я запустила руки ей под волосы, притянула её к себе сильнее, и мы буквально впились друг в друга языками, жадно и нетерпеливо.

— Ого, — выдохнула Катя. — И кто первый перешел к делу?

— Лена. Она начала расстегивать мою пуговицу. Её пальцы слегка дрожали, но действовала она уверенно. Когда она обнажила мою грудь, я почувствовала прохладу воздуха, а затем — жар её дыхания. Она медленно облизала сосок, сначала осторожно, а потом начала всасывать его, прикусывая. Черт, это было так остро, что я выгнулась в спине, впиваясь пальцами в её плечи. В этот момент я поняла, что больше не могу ждать.

Марина замолчала на мгновение, глядя в окно, но в её глазах всё еще горел огонь.

— Я скинула с неё одежду, и мы просто перевалились на ковер. Господи, какая она гладкая, Кать. Я всю жизнь мечтала почувствовать женскую кожу. Мы исследовали друг друга, как какие-то первооткрыватели. Я касалась её бедер, живота, ощущая каждый изгиб. Её кожа благоухала чем-то сладким, как ваниль и молоко. Когда я опустилась ниже, между её ног, я почувствовала, как она задрожала. Она была уже готова, совсем мокрая и горячая.

— Ты... — Катя затаила дыхание.

— Да, я начала её лизать, — Марина спокойно, но с жаром продолжила. — Сначала медленно, вокруг, дразня её. Она стонала, вцепляясь в простыни, которые мы даже не успели раскидать. Я чувствовала, как её мышцы сокращаются, как она выгибается навстречу моим губам. А потом я нашла ту самую точку... и она буквально вскрикнула. Её пальцы впились мне в волосы, прижимая мой рот плотнее к ней. Я не останавливалась, ускоряя темп, смакуя её соки, слыша её сбивчивое дыхание. Она шептала: «Да, пожалуйста, ещё!», и я чувствовала, как её предохранители сгорают один за другим.

Марина помолчала, а затем добавила: — А потом она сделала то же самое со мной. Катя, я никогда не думала, что кто-то может так внимательно отнестись к каждому моему вздоху. Она точно знала, где нажать, где замедлиться, а где надавить сильнее. Когда я почувствовала, что вспышка уже близко, я просто закрыла глаза и отдалась этому. Мы кончали одновременно, переплетясь телами, тяжело дыша и впитывая запах друг друга.

— И после этого? — тихо спросила Катя. — Вы остались подругами?

— Конечно, — Марина улыбнулась. — Но теперь мы смотрим друг на друга совсем иначе. Знаешь, в этом есть какая-то особенная интимность, когда ты открываешься человеку так полностью. Мы просто лежали, обнявшись, и молчали, пока одежда не высохла, а кофе в кофемашине не сварился. Это было... идеально.