Полуденный сон на даче

Солнце нещадно палило через щели в деревянных жалюзи, рисуя на простынях полосы света. Воздух в комнате был густым, пах старым деревом, пылью и сушеной мятой, которую бабушка развесила под потолком. Я лежала, зарывшись лицом в подушку, наслаждаясь прохладой простыни, когда вдруг почувствовала движение рядом.

Сначала я услышала тяжелый вздох, а потом почувствовала, как рядом с моим лицом что-то возникло. Теплое, твердое и знакомое. Я приоткрыла один глаз, но тут же зажмурила его, стараясь казаться спящей. В это же мгновение во рту оказался его член — горячий, возбужденный, с отчетливым запахом肌肤 и легким оттенком одеколона.

Дядя считал, что я сплю. Его дыхание сбилось, и я почувствовала, как он замер, впитывая мою реакцию. Но я не шевельнулась, лишь чуть заметно подалась навстречу, позволяя ему исследовать мои губы и язык. Это было странно и неправильно, но в то же время настолько естественно, что внутри всё сжалось от сладкого предчувствия.

Он начал двигаться ритмично, осторожно, словно боялся меня разбудить. Я чувствовала каждое движение, как его головка с силой, но бережно упиралась в небо, заставляя меня сглатывать слюну. Мое дыхание стало глубже, а пальцы непроизвольно сжали край одеяла. В голове всплыл образ — он, взрослых и сильный, в своей обычной походке, твердый голос, уверенные руки… и сейчас эти руки, кажется, коснулись моих бедер.

— Черт, какая же ты сладкая, — прошептал он, и в его голосе слышалось явное возбуждение, перемешанное с легкой тревогой.

Я почувствовала, как его пальцы ловко подцепили край моих трусиков. Ткань медленно поползла вверх по ногам, обнажая кожу. В этот момент мне стало страшно. Мы ведь родственники, хотя и не такие близкие, чтобы это было странным. Но что-то в этом было запретное, и именно это заставляло сердце биться быстрее.

Когда ткань скользнула за голову, я задрожала. Его рука, большая и шершавая, легла мне между ног. Он аккуратно развел мои бедра, и я почувствовала, как холодный воздух коснулся обнаженной плоти. А потом пришло тепло. Его пальцы, исследующие меня, осторожно и властно.

— Господи… — выдохнул он, когда его пальцы нашли мой вход.

В этот момент он аккуратно вставил в меня свой член. Я вздрогнула, но не открыла глаз. Тепло разлилось по всему телу, сменяясь остротой, которая заставила меня выгнуться. Было тесно, слишком тесно, но что-то внутри требовало большего. Он вошел до конца, заполняя меня собой, и я почувствовала, как из меня вырвался тихий, невольный стон.

— Ты проснулась? — тихо спросил он, его голос звучал совсем рядом, обжигая ухо.

Я открыла глаза и посмотрела на него. Он смотрел на меня с нескрываемым желанием, его глаза потемнели, а губы были полуоткрыты. Мы оба знали, что этого уже недостаточно. Я обхватила его бедра ногами, прижимая к себе, и почувствовала, как он застонал в ответ.

— Я не хочу, чтобы ты уходил, — прошептала я, чувствуя, как капли пота скатываются по его спине.

Он приподнялся на локтях, вглядываясь в мое лицо.

— Ты уверена? — его голос стал хриплым.

Я молча потянула его за шею вниз на себя, впиваясь в его губы жадным, голодным поцелуем. Мы сплелись в порыве, забыв обо всём на свете, забыв о родственниках за стеной, о солнце за окном, об обычном дачном дне. Осталось только движение, жар тел и звук naszych сбивчивых вздохов, которые заполняли комнату, пока за окном лениво жужжали пчелы.