Сладкий привкус чужих рук
Андрей вернулся домой на два часа раньше — затянувшийся совещание в офисе отменили, и начальник отпустил всех по месту. В квартире было тихо, только из открытой спальни доносились приглушенные звуки и знакомый смех. Андрей поморщился: он ненавидел сюрпризы, особенно те, что заставали его врасплох.
Он тихо подошел к дверному проему, стараясь не шуметь. На широкой двуспальной кровати, раскидав подушки и одеяло, лежала его жена Марина. И с ней был сосед через стенку, крепкий, широкоплечий дюк, с которого сейчас стекали капли пота. Марина была полностью обнажена, и её кожа в полумраке комнаты казалась жемчужной, почти светящейся. Она выгибала спину, впиваясь пальцами в простыни, а её губы были полуоткрыты в немом стоне.
— О боже, — выдохнула она, когда сосед наклонился ниже, вжимаясь своим телом в её бедра. — Ты так этого хотел…
Андрей замер, чувствуя, как внутри него поднимается странный коктейль из ревности и возбуждения. Он не собирался врываться — слишком уж жадно он наблюдал за тем, как чужие пальцы исследуют тело его женщины, там, где он касался её каждое утро.
Сосед медленно, с каким-то животным удовольствием, вел языком вниз по её животу, задерживаясь на каждой складочке кожи. Марина прерывисто дышала, её грудь тяжело вздымалась, а соски затвердели от холода и возбуждения. Андрей видел, как напряглись её бедра, когда сосед перешел к самому сокровенному, заставляя её вздрогнуть и тихо вскрикнуть.
— Пожалуйста, ещё, — прошептала она, закидывая голову назад. Её волосы рассыпались по подушкам, открывая взгляду тонкую линию шеи.
Звуки слипания влажной кожи, тяжёлое дыхание двоих людей и запах — густой, мускусный, с примесью её любимых духов. Андрей чувствовал, как в его собственных паху возбуждение становится почти болезненным. Он не could отвести взгляд, завороженный тем, как ловко сосед управлялся со своей задачей.
— Ты ведь знаешь, что он может войти в любую минуту? — пробормотал сосед, чуть отстранившись.
Марина, зажмурившись от наслаждения, едва слышно ответила: — Мне всё равно. Сейчас есть только ты и то, что ты со мной делаешь.
Она сама, без его помощи, развела ноги шире, открывая доступ к мокрой, блестящей плоти. Андрей увидел, как сосед замер на мгновение, оценивая вид, а затем решительно прильнул снова. Марина вскрикнула — громко, открыто, и звук этот эхом отозвался в ушах Андрея. Он слышал, как её ногти впились в спину соседа, как тот глухо замычал, полностью отдавшись процессу.
Андрей сделал шаг вперед, чтобы зайти в комнату. Кирилл — так звали соседа — мгновенно отпрянул, испуганно глянув на него. Марина же, тяжело дыша, прикрыла бедра рукой, но в её глазах не было стыда — только удовлетворение и легкий блеск лукавства.
— Ой, привет, Андрюха, — пробормотал сосед, спешно заправляя заправку. Он выглядел смущенным и одновременно довольным, как кот, который только что обчистил всю сметану с блюдца.
— Привет, — сухо бросил Андрей, проходя в комнату. — Продолжайте.
Марина, глядя мужу прямо в глаза, медленно сбросила руку с бедер, обнажая всё, что до этого он видел лишь краем глаза. Её кожа была влажной, а на губах играла странная, почти вызывающая улыбка.
— Ты не против? — тихо спросила она, хотя по его лицу было видно, что сейчас он не в состоянии ответить.
— Нет, не против. Мне даже нравится, — он сел на край кровати, расстегивая ремень.
— Тогда помоги ему, — она потянулась к нему, обхватив его шею рукой, в то время как сосед сзади бесцеремонно уложил ладони ей на ягодицы.
Андрей почувствовал, как всё напряжение последних недель уходит, сменяясь жгучим, сбивающим с ног желанием. Он притянул её к себе, ощущая кожей жар её тела, влагу и запах возбуждения. В этом была какая-то первобытная правда: трое взрослых людей в одной комнате, запертых в коконе из плотских наслаждений.
Его пальцы скользнули по её бедру, поднимаясь выше, к самой сути, там, где она была еще горячее от чужих прикосновений. Марина всхлипнула, прижимаясь к нему всем телом. Сосед, почувствовав, что Андрей принял правила игры, перестал сдерживаться. Его руки сжали грудь Марины, заставляя её выгнуться навстречу обоим.
— Боже, как же нам всем этого хотелось, — прошептала она, касаясь губами уха Андрея.
В комнате воцарилось молчание, прерываемое лишь звуками тел. Андрей закрыл глаза, ощущая, как мир сжимается до размеров этой постели. Больше не было работы, счетов, ссор и бытовых проблем. Были только руки, губы, язык, трение кожи о кожу
— Хочу, чтобы мы все кончили одновременно, — выдохнул сосед, вонзаясь в неё сзади, в то время как Андрей, не теряя ни секунды, впился в губы жены, заглушая её восторженный стон.
Ритм нарастал. Каждый из них стал частью одного большого механизма, работающего на одно — на пик, за которым следует блаженная пустота. Марина всхлипывала, хватаясь за плечи мужа, её тело дрожало в конвульсиях, когда сосед забился в экстазе, а Андрей, сдерживая последний рывок, почувствовал, как всё её естество сжимает его, требуя большего и большего.
Когда всё закончилось, они лежали в тишине, тяжело дыша. По комнате плыл запах семени, пота и женского возбуждения. Марина пыталась привести в порядок волосы, что выглядело забавно и трогательно.
— Ну что, — подал голос сосед, поднимаясь с кровати и пытаясь найти свою одежду. — Я, пожалуй, пойду. Не хочу нас больше задерживать.
Андрей молчал, глядя в потолок. Он чувствовал странный покой, которого не знал годами. Всё стало проще. Прежние границы и правила, которые они с женой так тщательно соблюдали, чтобы не обидеть друг друга, больше не имели значения.
— Заходи завтра, — наконец сказал он, не открывая глаз. — Нам есть что обсудить.
Марина переплела свои пальцы с его пальцами, сжимая его руку. Она улыбалась, и в этой улыбке была не только радость, но и что-то новое, глубокое осознание свободы.
— Завтра будет ещё интереснее, — тихо сказала она, и её голос вибрировал от предвкушения.